Лина Велес
Снейп встретил Дочь в Косом переулке.

Это был первый день после освобождения из Азкабана. Десять лет. Десять лет после падения Темного Лорда. Десять лет пыток, ужаса, вымораживающего душу присутствия дементоров и литров веритассерума (кажется, у него выработался иммунитет к «сыворотке правды»). И только вчера Визенгамот наконец постановил «признать подозреваемого Северуса Тобиаса Снейпа невиновным и снять с него все обвинения». И естественно, здесь не обошлось без Мальчика-которй-вечно-всех-спасает. Десять лет мистер Поттер совместно с портретом безвременно почившего строго маразма… то есть всеми любимого директора Дамблдора убеждали совет других старых маразма… то есть уважаемых волшебников в его, Снейпа, невиновности и даже причастности к победе.

И вот в первый день своей свободной (нужна она ему эта свобода, как Лонгботтому Зельеварение) жизни Снейп и встретил Дочь. Когда он медленно, с трудом привыкая к отсутствию кандалов и яркому свету, шел по Косому переулку (под не менее косыми взглядами прохожих), на него налетела маленькая ведьмочка. Копна черных, как вороново крыло волос, и ярко-зеленые, цвета молодой листвы, глаза. Первое, что пришло ему в голову: так бы выглядели мои с Лили дети. А девочка в это время вместо того, чтобы отпрыгнуть от него, крепко обняла и прошептала: «Папочка…». От неожиданности (или по старой шпионской привычке) Снейп тут же трансгрессировал в Паучий тупик, даже не подумав, что девчонка все еще висит на нем.

На пороге своего дома Северус наконец достаточно пришел в себя, чтобы трезво оценить ситуацию. Он только что на глазах у десятка человек похитил маленькую девочку. Девочку?.. Тут он все же решился наклонить голову вниз, на него внимательно смотрели глаза, которые снились ему каждую ночь на протяжении уже почти четырех десятков лет. Глаза Лили Эванс, его первой и единственной любви. А девочка снова, уже громче и четче, проговорила: «Папа».

- Кто ты? – решился заговорить Северус, но ответом ему было лишь молчание. Тогда он снова, крепко держа малышку за руку, перенесся в Косой переулок в надежде отыскать ее родителей. Битый час он бегал по магазинчикам и кафе, спрашивая не искал ли кто-нибудь черноволосую и зеленоглазую девочку, но везде ответом ему было лишь потрясенное молчание и отрицательно покачивание головой.

Совершенно вымотанный уже поздним вечером он вернулся домой. Малышка, явно уставшая от постоянной беготни, сонно тела глаза и клевала носом. Северус отнес ее на кровать, а сам из гостиной с помощью камина связался с директором Макгоннагал. Если уж кто и мог знать, что это за ребенок, то только она: каждый родившийся в Англии волшебник немедленно попадает в списки будущих учеников школы чародейства и волшебства Хоггвартс.

Минерва внимательно выслушала бывшего профессора и первым делом поинтересовалась, не бредит ли он. Но когда она с помощью камина попала к нему в дом и увидела мирно сопящую на хозяйской кровати девочку, то не на шутку перепугалась. Директор обещала сегодня же проверить все списки будущих волшебников, а Северуса отправила спать.

Но ему не спалось, стоило закрыть глаза и перед ним вставала то улыбающаяся рыжая девчонка с огромными зелеными глазами; то уже молодая женщина с гримасой ужаса на улице, закрывающая своего годовалого сына. Северус знал, что только он виновен в ее смерти, знал все эти долгие 27 лет. Все эти годы он жил лишь затем, чтобы сполна понести расплату за свое преступление. Если бы он не принес Лорду то пророчество… Снова и снова перед ним вставали самые ужасные воспоминания, словно бы рядом ошивалась целая стая дементоров. Он не заметил, как закричал, упал на пол, свернулся и закрыл руками голову, словно бы это защитило его от него самого.

Очнулся Северус от того, что ему показалось будто рядом Лили и им снова 10 лет, и они одни в этом мире лучшие друзья. Когда сознание прояснилось, он увидел, что его голова лежит на коленях у найденной девочки, и она перебирает своими маленькими пальчиками его слипшиеся от пота волосы. Так хорошо ему не было уже давно, с тех самых пор, как ненавистный Джеймс Поттер украл у него единственного друга, украл у него любовь и опозорил перед всеми.

- Лили… - прошептал Северус, но девочка немного грустно, и немного виновато улыбнулась и покачала головой.

Снейп резко подскочил, подхватил малышку на руки и, бурча не то извинения, не то проклятия, отнес ее обратно в постель. Когда он вернулся в гостиную и вновь попытался уснуть, то понял, что ему не хватает этих маленьких пальчиков у него на голове и этого невероятного ощущения покоя. Прокрутившись всю ночь, под утро он все же забылся неспокойным сном.

На следующий день раньше почтовых сов в его дом буквально влетела растрепанная Макгонагал. По ее виду можно было точно сказать, что не один только Северус плохо спал этой ночью. Прямо с порога, она огорошила Снейпа сообщением, что девочки нет в списках на зачисление ни в Хоггвартс, ни в Дурмстранг, ни в Шармбаттон.

- Но кто она тогда?! – в голосе Снейпа слышалась паника.

- Может быть маггл?

- Но как ребенок-маггл попал в Косой переулок?

- Может быть она сквиб? Поэтому ее и нет в списках? Северус, ты разговаривал с ней?

Северус замялся:

- Я ее похоже слишком уморил беготней, поэтому она сразу же заснула. – Он не стал рассказывать Минерве о ночном происшествии.

В этот момент заскрипела лестница и вниз начала спускаться «виновница» переполоха. Макгоннагал тут же набросилась на малышку с расспросами, но та крепко прижалась к Снейпу и лишь изредка повторяла: «Папа… папочка…». Вскоре Минерва выдохлась, но так ничего и не добилась. Вместе с Северусом они решили дать объявление в «Ежедневный Пророк», а чтобы избежать шумихи вокруг персоны Снейпа, указать адрес Хоггвартс для сообщений от что-либо знающих о пропавшей девочке людей. Но все оказалось напрасно.

Первые дни Северус абсолютно не знал, что ему делать с девчонкой, даже пытался спихнуть ее на Минерву, но малышка так крепко вцепилась в мужчину, что оторвать ее не было никакой возможности. Шли дни, и однажды Северус стал замечать, что все больше и больше привязывается к малышке. В отличие от ненавистных ему вечно орущих школьников, девчонка была молчалива (если точнее, она вообще не разговаривала, и если бы не редкое «папа», Северус бы решил, что она нема от рождения), послушна, на редкость аккуратна и безумно любила читать. Любимым занятием для них стало вечернее чтение у камина, когда Северус устраивался в кресле, а малышка располагалась на полу, окружая себя грудой подушек, и с упоением читала все подряд от истории Хоггвартса до старых выпусков «Вестника Зельеварения». И Северус с удивлением начал замечать, что ему доставляет удовольствие просто находится рядом с девочкой в тишине, слушая потрескивание дров в камине и листая давно прочитанные книги. В один из таких вечеров, когда на улице завывала метель, а в доме тепло пахло смолистыми поленьями, малышка принесла Снейпу клочок бумаги, на котором кривовато было выведено одно слово: «дочь». С тех пор Северус называл девочку только так.

Все шло своим чередом, пока в один не очень прекрасный день Северус, утром зайдя на кухню, увидел лишь одинокую кружку. Рядом с ней не оказалось уже привычного стакана молока и печенья. Снейп обежал дом сверху донизу, проверил и чердак, и подвал, выбежал на улицу, вызвал Макгоннагал, но малышки нигде не оказалось. Дни тянулись как резина, Северус ощущал его муравьем, пойманным в каплю смолы. Прошла неделя. Снейп окончательно потерял всякую надежду.

Первым утром второй недели без Дочери Северус долго не хотел вылезать из постели. Жизнь потеряла всякий смысл, и он уже начал всерьез задумываться над зельем, которое бы прекратило эту пытку под названием «существование Северуса Тобиаса Снейпа». Но вдруг с последним десятым ударом часов в комнату вошла малышка. Хотя назвать ее малышкой уже можно было с трудом. Казалось, за неделю Дочь повзрослела на пару-тройку лет, стала выше, и только глаза остались неизменными цвета зелени за окном. И как он только не заметил?! За одну распустились листья на всех деревьях в саду, и вместе с весной в дом вновь явилось спокойствие и уют.

Так прошло несколько лет. Периодически Дочь исчезала на неделю-две, но неизменно возвращалась. Северус привык к этим отлучкам и уже не приставал с расспросами, тем более, что девочка все равно не отвечала.

В один из тихих домашних вечеров с книгой и ароматным травяным чаем Дочь, зачитавшись, отбросила копну своих густых черных волос, и на шее Северус успел заметить какую-то татуировку. Он подошел к девочке, аккуратно отодвинул волосы и прочитал: «DSgF&G».

- Что это?!

Дочь медленно подняла голову, в ее глазах плескался неподдельный ужас. И вдруг она заговорила, но голос был абсолютно механический, как у куклы:

- Дочь. Снейпа. Гомункул. Производство. Фред. И. Джордж. Уизли. Совместно. С. Гарри. Джеймс. Поттер.

Мир рухнул. Все эти годы он жил с искусственно созданным подобием человека. Он полюбил ее, как родную дочь. Переживал, когда она исчезала. Благодаря ей он избавился от страха, с которым жил всю свою жизнь. А она оказалась подделкой. И кто же это так подшутил над ним?! Ненавистный сынок Поттера и его рыжие пустоголовые дружки!

- Убью! Ненавижу! Снова он! – Северус метался по комнате и нечленораздельно выкрикивал проклятия в адрес Поттера и всей рыжеголовой семейки. Внезапно он остановился и абсолютно спокойно направился в лабораторию. Гомункул, повесив голову, поплелся за ним.

В дальнем шкафу лаборатории стояла, приготовленная в один из уходов Дочери (никак не могу поверить в случившееся!) склянка. В ней успокаивающее светилось усовершенствованное зелье «Сна без сновидений» - «Сон без пробуждения». Северус лично убедился на целом выводке мышей, что ни одно из известных противоядий не помешает человеку, желающему покоя, уйти. Словно самое дорогое сокровище Снейп взял склянку и, быстро сняв крышку, опустошил флакон. Последнее, что он помнил – перекошенное лицо Дочери и беззвучный крик: «Папа!»

Северус ощущал себя плывущим по реке безвременья, его тело стало легким и свободным, он удалялся все дальше и дальше. Но вдруг, словно стальная рука схватила его, как шкодливого котенка, за шкирку и потянула обратно. Возвращение было очень болезненным, казалось, каждый нерв превратился в оголенный провод, по которому пускают ток. Когда он окончательно пришел в себя, то первое, что он увидел, был маленький камешек, непонятно откуда взявшийся у него в руке. Обведя взглядом лабораторию, он заметил валяющегося в углу гомункула. Словно тряпичная кукла, которую бросила жестокая хозяйка, Дочь лежала, неестественно вывернув руки и ноги. Северус в ужасе подбежал к ней и заметил зияющий провал на груди. Внезапно все поняв, он пытался вложить обратно один из даров Смерти, но Воскрешающий камень потерял свою силу. Снейп упал на колени рядом с девушкой, и слезы катились по его щекам, лицо профессора же ничего не выражало.

Внезапно на улице раздались хлопки аппарации и дверь бешено застучали.

- Профессор! Пустите нас! Профессор Снейп!

В камине послышалось гудение, и в гостиной раздался голос Минервы:

- Северус! Северус, ты где?

Подняв малышку на руки, Снейп начал свое восхождение по лестнице. В гостиной его уже ждали Макгоннагал, Поттер и близнецы Уизли. На их лицах он заметил ужас и раскаяние.

- Профессор… - к нему обратился Фред (а может и Джордж, дементор разберет). – Профессор, простите нас.

- Профессор Снейп, это была только моя идея. И если кто и должен за все ответить, то только я. – А это Мальчик-который-вечно-всех-спасает-и-берет-вину-на-себя, хоть в этом он отличается от своего папаши, этим он напоминает Лили, его Лили. Мысли о Лили вернули Снейпа к действительности. На его руках лежала та, кто была его любимой Дочерью, его утешением и светлым воспоминаем о его любви. А эти… Они все разрушили. Они разбили остатки светлого в его душе, это не удалось даже дементорам, а у этой троицы получилось на раз.

- Профессор, - снова Поттер, - профессор, просто я подумал (Поттер подумал, какая неожиданность!), что Вам потребуется тот, кто вернет Вам радость жизни. Я не мог бросить Вас на произвол судьбы и отдать во власть темным воспоминаниям после освобождения из тюрьмы (невероятно благородство!)! Я говорил близнецам, что нет необходимости клеймить гомункула…

«Клеймить! Вот как они называют! Словно скот, словно породистого щенка! Посмотрите, профессор, какого красивого и дорого щеночка мы Вам подарили! Теперь Вы должны нам ножки целовать до конца жизни!» - мысли Снейпа метались , но сам он оставался подозрительно спокойным.

- Все вон. Вон. Из. Моего. Дома. – Каждое его слово было очередным гвоздем, вбитым в крышку гроба. – Поттер, Вам необходимо персональное приглашение?

- Обливейт! – Гарри так быстро выхватил палочку, что никто не успел ему помешать. – Ступефай! – Снейп с глухим стуком упал на пол.

***************************************************************

Какое же сегодня прекрасное утро! Северус сел в своей кровати и улыбнулся зелени за окном. Спускаясь вниз, он точно знал, что жизнь прекрасна: ведь единственной зеленью за окном в середине декабря была зелень глаз его Дочери…



@темы: фанфик